Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:20 

Загадывай, я все исполню...1/2

7troublesome
Highly dangerous when bored. You've been warned, ne?
Название: I Want You Wish Whatever
Автор (Переводчик): michelerene, (7troublesome)
*Бета: Mlorry (спасибо тебе большое!)
Персонажи (Пейринг): Sasuke U. & Naruto U.
Рейтинг: NC-17 (M)
Жанр: юмор/романс
Состояние: фик - завершен, перевод - завершен
Разрешение на перевод: официально получено у автора (Thank you, mechelerene, I love your stories too much!)
Дисклеймер автора: Не мой. Облом.
Дисклеймер переводчика: оригинальный текст мне не принадлежит.
Ссылка на оригинал www.fanfiction.net/s/4573000/1/I_Want_You_Wish_...
Саммари: Саске не хочет три желания, которые ему предлагает загадать чертов джинн. Он - Учиха... и если он захотел чего-то, он это получит. А хочет он светловолосого, голубоглазого джинна...
Примечание автора: (п/п: такое просто нужно переводить!) И снова то, что должно было занять всего 15 страниц, превратилось в 36-страничного монстра. Должна быть организована 12-шаговая программа для яой-фанатов. (п/п: по аналогии с 12-шаговой программой избавления от алкогольной зависимости для анонимных алкоголиков; начинаю принимать заявки от желающих, хотя по-моему, это дело безнадежное...) J
Примечание переводчика: Сегодня в рамках своего Сказочного проекта представляю волшебную MICHELERENE! Я ценю ее за тонкий юмор, удивительно нежное отношение к персонажам и их эмоциям, а еще за тот невероятный позитив, что всегда поднимает настроение. Итак, MICHELERENE, прошу!


Загадывай, я все исполню... 1/2


- Он здесь, Фугаку! Он здесь!

Саске опрокинул в рот остаток алкоголя, приветствуя его обжигающее тепло, и медленно встал со своего места на мягком кожаном диване. Он распрямил складки своего черного пиджака и поправил вокруг шеи темно-синий галстук перед тем, как отправиться вслед за своей взволнованной матерью и гордым отцом вон из гостиной.

Блудный сын, наконец, вернулся. Саске ухмыльнулся, засовывая руки в карманы. Вот радость.

Учиха Итачи был в очередной командировке в Южной Америке. Естественно, он провел ее успешно и был само очарование и само совершенство и бла, бла, бла... в самом деле, неужели никто не устал целовать его в задницу? Потому что Саске был частью этой семьи вот уже двадцать три года, и его спина просто устала нагибаться, а глаза - щуриться от ослепительного сияния.

Не смотря ни на что, когда бы ни вернулся герой-покоритель, вся семья ждала его с нетерпением, некоторые с большим нетерпением, чем остальные. Маленькое семейство вошло в просторное мраморное фойе, и Саске занял свое обычное место внизу у ступеней лестницы. Раньше, когда Итачи возвращался из школы-интерната, Саске, бывало, в припрыжку сбегал по этим ступенькам и бросался на своего улыбающегося брата. Однако, эти дни безвозвратно ушли, долгие годы соперничества и множество к месту сказанных саркастических замечаний сделали свое дело.

Дворецкий с помпезностью открыл дверь, и Итачи вошел, безупречно одетый в свой привычный темный костюм с кроваво-красным галстуком. Он бросил пальто и сумку услужливым горничным и пошел навстречу пожать руку отцу в приветственном рукопожатии. Фугаку схватил плечо своего старшего сына, редкая улыбка осветила его лицо, и отступил в сторону, чтобы дать возможность своей улыбающейся жене обнять ее долгожданного Итачи.

Саске подавил страстное желание закатить глаза. Итачи не было всего неделю. Проклятье, да меньше, чем неделю. Шесть дней, а у нее фактически были слезы на глазах. Последний раз, когда Саске возвращался из поездки, за ним забыли послать машину в аэропорт.

Он смотрел сузившимися глазами, как Итачи целует щеку матери, его длинные волосы идеально завязаны шнурком, и напрягся, когда черные глаза, зеркала его собственных, остановились на нем. Итачи ухмыльнулся, и Саске повторил его жест, только легкая ухмылка, обнажающая зубы.

Отрываясь от матери, Итачи сделал шаг назад и улыбнулся: «Хорошо снова быть дома». Он взял в руку черный подарочный пакет и кивнул головой в направлении гостиной: «Я привез подарки».

Микото позволила Итачи взять себя под руку, и они двинулись в соседнюю комнату, Саске шел почти волоча ноги. Потому что Учихи не волокут ноги при ходьбе... черт возьми.

После того, как все уселись, Итачи полез в пакет и вытащил блестящую черную коробку для одежды с подходящим по цвету черным бантом. Саске почти хмыкнул, брат всегда работал на публику.

Содержимым коробки была прекрасная шаль цвета зеленеющего леса, сделанная из тончайшего шелка маленькими голыми детьми-рабами, живущими в заброшенной хижине на задворках.... короче, Саске перестал слушать. Он прошел к бару и налил себе еще выпить с тем, чтобы повернуться и увидеть отца, держащего черную коробку, предназначенную для него. Внутри Фугаку обнаружил кубинские сигары и издал смешок, похожий на лай, громко похлопывая сына по плечу и предлагая ему одну из них. Итачи кивнул и, наконец, уделил свое внимание Саске.

- Младший братик, - сказал Итачи, подходя к нему, скользящим движением опуская сигару в нагрудный карман и наливая себе выпить, - Тихий как всегда. Можно подумать, ты по мне не скучал.

Саске ухмыльнулся и сделал глоток из своего бокала:

-Ну, знаешь, как говорят, разлука усиливает чувства... я любил тебя, когда ты уезжал.

- Ну, ну, не обязательно дуться, Сас-кун, - улыбнулся Итачи на пронизывающий взгляд Саске. - Я и тебе привез подарок.

Глаза Саске взглянули на забытый на диване пакет, но он знал, что его подарок не был спрятан внутри, и никогда его там не будет. Учиха-младший еще раз посмотрел на брата и увидел вспышку веселья в темных глазах перед тем, как Итачи опустил руку в карман и достал оттуда то, что оказалось скомканной в комок бумажной салфеткой. Ему не досталось даже крутой черной упаковки.

В следующее мгновение подарок был брошен ему, и Саске спокойно поставил бокал и развернул скомканную бумагу. Всегда одно и тоже... как и в течение последних пятнадцати лет, с тех самых пор, когда Итачи отправился в школу и возвращался каждый раз с подарками. Его родителям доставались «подарки со смыслом», а Саске обязательно получал...

Он перевернул салфетку и в его левую руку упал...

Брелок для ключей.

Саске даже не взглянул на него, однако отметил про себя, что он тяжелый и золотистого цвета, перед тем, как смять салфетку вокруг безделушки и уронить ее в карман брюк.

Итачи ухмыльнулся в свой бокал, и затем изобразил притворную обиду:

- Ты даже не посмотришь? Подумать только, я перевернул небо и землю ... в поисках совершенного подарка для моего любимого младшего братишки...

- Я твой единственный брат, ты, задница, и ты, скорее всего, схватил первый попавшийся в аэропорту в киоске сувениров.

- Хм, возможно, но в свою защиту скажу, что на этот раз это не был сувенирный киоск в Конохе.

Саске открыл, было, рот прокомментировать, но его отец позвал Итачи с другого конца комнаты. Парень вздохнул и протянул брату руку.

- Рад, что ты вернулся.

В его голосе была нотка искренности, которую ни один из братьев не мог игнорировать и никогда бы не признал.

На мгновение глаза Итачи потеплели, и он стиснул руку Саске.

- Не вздумай запихнуть этот в обувную коробку, братишка.

Саске изобразил шокированное выражение лица.

- Да никогда в жизни...

Глаза Итачи сузились, и Саске обошел его кругом, желая родителям спокойной ночи. Ему не хотелось слушать повесть о поездке Итачи в лицах или безусловную хвалу своих родителей старшему сыну.

Когда он проходил мимо брата на обратном пути к выходу из комнаты, длинные пальцы Итачи сжали его запястье.

- Не вздумай, Саске.

Учиха-младший молча кивнул, рывком освобождая руку. Пока шел к машине, он рассеянно потирал сустав, пытаясь вспомнить, когда в последний раз брат звал его по имени.

Саске шел по квартире, не утруждая себя включением света, пока не достиг спальни. Это и вправду не имело смысла. Единственная комната, где он по-настоящему жил, была его спальня. Остальной дом был чисто функциональным, его декор был сохранен в точности, как в тот самый день, когда нанятый его матерью дизайнер интерьеров закончил и вышел из квартиры два года назад. Напыщенный декоратор бросил на Саске всего один взгляд и заявил, что темой декора будет классика с мужественными тонами и другой подобной чепухой. Учиха-младший попросил, чтобы его комната была синей, и целиком удалился от всего процесса.

Снимая туфли и бросая пиджак на широкую кровать из темного дерева, он сел на тяжелое одеяло цвета индиго и начал ослаблять галстук. Что-то уткнулось в его верхнюю часть бедра, и он вспомнил о подарке брата.

Вставая с кровати, он направился к гардеробной, одновременно доставая из кармана завернутый в бумагу брелок. Открыв двойные двери встроенного в гардеробную шкафа, он сделал шаг внутрь и потянулся к верхней полке, снимая картонную обувную коробку. Саске медленно вернулся к кровати и открыл коробку, заметив, что она почти наполнена до краев брелками всевозможных форм и цветов. Мгновение он перебирал коллекцию, перед тем как повернуться к последнему незабываемому пополнению. Отгибая бумагу в стороны, он впервые по-настоящему взглянул на подарок и затаил дыхание.

Брелок был сделан из золота и отлично помещался в ладони. На нем был изображен мифический зверь Кьюби, огненный демон-лис с девятью хвостами, веером взвившимися за ним. Прорисовка деталей была изумительной, но тем, что больше всего поразило Саске и привлекло его внимание, была фигурка маленького мальчика, что стоял впереди свирепого демона. Он пристально смотрел с поверхности золотой фигуры демона голубыми глазами, сделанными из мельчайших осколков сапфира, какие только видел Саске. Он казался таким маленьким и одиноким, стоя с яростным демоном за спиной.

Саске провел большим пальцем по золоту, ощущая его тепло под пальцами. Он знал легенду. Фактически, он был околдован ей с тех пор, когда был ребенком, с самого первого раза, когда Итачи вернулся из школы и рассказал ему о ней.

Несколько тысячелетий назад, когда раса людей была юной, а демоны проживали свои последние годы на Земле, Кьюби напал на них, без конца убивая тысячи людей. В отчаянии, люди придумали план, благодаря которому демон был изгнан в другой мир, но расплатой за это стала жизнь ребенка. Им нужно было сильное дитя, чтобы выдержать проклятие достаточно долго и поймать зверя в ловушку. Итак, они выбрали сына одного из своих самых сильных и самых смелых воинов. Конечно, человек сопротивлялся и был убит, прежде чем услышал эхо первого крика своего новорожденного сына в те ранние утренние часы. Мать малыша умерла, баюкая тело мертвого мужа и оплакивая своего новорожденного сына.

Ритуал проклятия был совершен, и светловолосого, голубоглазого младенца оставили в лесу на съедение демону. В то самое мгновение, когда Кьюби дотронулся до кричащего ребенка, его втянуло внутрь малыша, и оба исчезли. Никто и никогда их больше не видел.

Наверняка не самый благородный поступок человечества, но жертвы было не избежать.

О Кьюби больше никто никогда не слышал, но, даже сейчас, сторонники заговора полагали, что каким-то образом светловолосый ребенок вновь и вновь появлялся на протяжении всей истории человечества.

В армии Чингис-хана был светловолосый воин. У Юлия Цезаря был бронзово-кожий советник-римлянин. Рядом с Наполеоном Бонапартом находился выдающийся голубоглазый генерал. И многие считали, что увлечение Адольфа Гитлера «арийской расой» было непосредственным образом связано с юношей-блондином, которого он постоянно держал при себе почти до самой преждевременной смерти.

Конечно, все было просто глупой выдумкой и легендой, но Саске помнил, как они с Итачи, лежа с ним в кровати, говорили о проклятом ребенке и о том, как должно быть ужасно - быть связанным подобными жуткими обстоятельствами, тем более с момента самого рождения.

Снова глядя на брелок, Саске нежно провел большим пальцем по фигурке проклятого мальчика, думая о том, что впервые один из этих брелков действительно обладает смыслом. Ну, за исключением того брелка, с которым Итачи вернулся после того, как наткнулся на Саске во время его «личного времени наедине с самим собой» прямо перед поездкой. Пятнадцатилетний Саске чуть не засунул соответствующей формы подарок Итачи в задницу, перед тем, как закинуть его в коробку вместе с остальными.

Бледное лицо Саске скривилось в гримасу при воспоминании об этом.

- Черт возьми, сволочь, - произнес голос, и Саске чуть не выпрыгнул из кожи, поднимая голову и видя человека... парящего со скрещенными ногами на облачке... в его спальне. - Обычно я не даю советы так рано, но ты должен пожелать вытащить этот кол из своей задницы. Просто мысли вслух.

Лицо Саске осталось, как всегда, непроницаемым, а темные глаза изучали человека, парящего перед ним. У него были короткие золотистые светлые волосы, торчащие во все стороны, словно он тщательно вытер их полотенцем после душа и никогда больше не смотрелся в зеркало. Пронизывающие голубые глаза, что смущали чистейшие небеса, сверкали и путешествовали по комнате, загораясь от каждой новой находки. Его загорелая кожа напоминала расплавленную карамель, а три тонких линии, что должно быть были шрамами, лежали на каждой щеке, как усы у кошки... или лисы.

Саске почувствовал, как его ладони начали потеть, и он взглянул на золотой брелок в своей руке. Кьюби продолжал неистовствовать, его девять хвостов вились за ним, но голубоглазого мальчика не было. Он исчез.

Брелок выпал из его пальцев и с глухим стуком упал на ковер на полу.

- Эй, сволочь, - сказал светловолосый парень и подлетел пониже, так, что они были лицом к лицу. - Не люблю жаловаться, но обычно задают вопросы, вопят... - загорелые руки пространно жестикулировали. - Пытаются ударить ножом... но чтобы просто тишина. Это ново.

Саске посмотрел свирепым взглядом, и голубые глаза расширились, а облачко отлетело несколько футов назад. Саске увидел, что идиот был одет в ярко-оранжевую жилетку, с золотом по краям. Передняя часть ее была широко раскрыта и демонстрировала золотистую кожу с крепкими мускулами груди и живота. Его руки тоже были голыми за исключением золотых браслетов на бицепсах. Скрещенные ноги были покрыты свободными оранжевыми штанами, ступни были голыми, на нескольких пальцах ног красовались золотые кольца.

Саске еще раз посмотрел на парящего человека, сужая глаза еще больше.

- Кто... кто ты?

Блондин улыбнулся до ушей.

- Ну вот, другое дело. Ладно, я - джинн. - Его голос стал глубже, - Я всемогущий и таинственный и видел и проделывал вещи, которые и не снились твоему скудному разуму и ...

- Добе, - вырвалось у Саске, и он ухмыльнулся, когда рот блондина с клацаньем закрылся, руки скрестились на груди, а губы сложились в очаровательную гримасу. Саске внутренне передернуло от таких слов, но быстро он понял, что описание правдиво. Блондин был откровенно самым прекрасным зрелищем, что Саске когда-либо видел.

Черные глаза пленили голубые, и темная бровь поднялась в молчаливом вопросе. Парящий парень вздохнул.

- Я исполняю желания. Три. Не глупи с ними.

Саске нагнулся и поднял упавший брелок.

- Ты тот ребенок, что помог остановить Кьюби?

Джинн слегка побледнел, но заставил себя улыбнуться.

- Помог - не совсем правильное выражение. Оно предполагает согласие.

- Хм. Так тебя заставили помогать в поимке демона. Что с тобой случилось? Каким образом ты здесь оказался?

- Я мог бы заставить тебя пожелать узнать это. - Улыбка джинна смягчилась, а его глаза зажглись весельем от его любимой игры.

- А я мог бы пожелать, чтобы ты опять отправился в брелок и расплавить его на нет.

Джинн зарычал, потом пожал плечами.

- По-любому. Кьюби был изгнан в другое измерение, где он довольно счастлив и правит помесью полу-людей полу-демонов, что ведут себя как услужливые рабы. Серьезно, они выглядят ну прямо как ты, только с большими мохнатыми ушами и длинными хвостами. Можешь себе представить?

Саске сорвал синий галстук с шеи и кинул его на пол.

- А ты?

- Ну, с этим посложнее... ну, как бы это сказать... я был... и потом...

- Ты не знаешь. - Закончил Саске и ухмыльнулся, когда недовольное выражение на мордашке появилось снова.

- Ага, не знаю. Я был с Кьюби какое-то время, и однажды я снова появился в этом измерении посреди монгольского лагеря.

- Чингис-хан... - сказал Саске с еле заметным проявлением эмоций, но он ощутил, как участился его пульс, а пальцы сжались на коленях.

- Ага, и вдруг я несу откровенную чушь про исполнение желаний, а он натурально перенервничал и захватил почти весь Китай.

- И потом что случилось?

- Он загадал свое последнее желание, и я снова вернулся к Кьюби до следующего раза, когда меня снова вызвали.

- Юлий Цезарь?

- Не-а, какой-то нищий, что попросил еду, воду и кров для своей семьи. Мудрый старый человек. Юлий... не настолько.

Саске кивнул.

- Итак, ты остаешься, исполняешь желания и потом снова возвращаешься к Кьюби.

- Угу.

- Ты исполнял желания нескольких могущественных людей...

- Нет, я исполнил желание получить власть для нескольких очень слабых людей. Не совсем удачное сочетание. Как я пытался объяснить своему приятелю лорду Актону... власть развращает, абсолютная власть...

- Развращает абсолютно, - закончил Саске.

Джинн медленно кивнул.

- Именно. Итак, о желаниях...

- Мне не нужны твои желания. - Сказал Саске и стал обходить парящего в воздухе добе.

- Чего? - взвизгнул идиот.

- Проваливай. Мне ничего не надо. И я могу получить, все, чего хочу. Ты мне не нужен.

Саске встал и начал расстегивать рубашку, двигаясь по комнате и делая вид, что не обращает никакого внимания на своего гостя. Джинн, покачиваясь, летел за ним в ванную.

- Ну, чертовски паршиво, сволочь. Ты меня вызвал. Я у тебя есть. Я не могу вернуться..., - Саске заметил дрожь краем глаза и продолжил снимать одежду, - Я не могу вернуться назад, пока ты не загадаешь свое последнее желание, и точно так же я не могу просто бросить тебя здесь и не могу просто жить своей жизнью. Я застрял тут с тобой, а ты - со мной, и... какого черта это ты вытворяешь?

Загорелые руки со шлепком закрыли широко раскрытые голубые глаза, когда Саске голым вошел в душ.

- Я думал, это очевидно. Если у тебя с этим проблемы, можешь подождать снаружи.

- Ты мог бы пожелать, чтобы я оказался снаружи..., - сказал джинн с надеждой, и Саске увидел, как загорелые пальцы слегка раздвинулись, и из-за них выглянул голубой глаз.

- Я не идиот на летающем облаке, что краснеет как школьница.

И снова фырканье, скрещенные руки и гримаска. Абсолютно очаровательная.

Саске был вымыт, вытерт и уложен в постель и все это с джинном, парящим над ним в темноте.

- Как тебя зовут, добе?

- Спорим, ты желал бы знать...

Он не мог видеть в темноте нахальную улыбку до ушей, но тон голоса не оставлял никаких сомнений.

- Мне все равно. "Добе" годится.

Еще фырканье.

- Ты будешь летать всю ночь?

- Ты мог бы пожелать...

- Добе, - прорычал Саске и перевернулся, чтобы больше не видеть джинна. - Сейчас я собираюсь спать.

- Чудно. Я буду летать тут и таращиться на тебя, как привидение.

- Хм. Мне все равно.

Черные глаза, мигая, открылись, и Саске подавил вскрик. Джинн заснул и банально упал вперед, потому что он парил, лежа на животе, прямо над телом Саске. Загорелое лицо расслабилось. Мягкие светлые ресницы касались загорелых щек, а розовые губы нежно испускали самое тихое сопение, которое Саске когда-либо слышал.

После наблюдения за джинном в течение нескольких минут, Саске приподнялся, пока их губы едва не соприкоснулись. Он мог ощущать легкие вдохи-выдохи на своем лице, и без всякой задней мысли его язык облизал пухлую нижнюю губу джинна, быстро прячась назад, когда спящий вздохнул. Саске зачарованно смотрел, как язычок джинна высунулся и облизал предыдущую траекторию языка Саске, а после раздалось мурлыканье, эхом отдающееся по комнате и громко резонирующее у Саске в голове ... и штанах.

Он ощутил, что твердеет, и неловко заерзал. Что с ним было не так? У Саске не было такой сильной реакции ... ну, ни на кого. Никогда.

Не желая чувствовать себя смущенным, он откинулся назад, на подушку и заорал.

- Добе!

Огромные голубые глаза распахнулись, и джинн вскинулся в замешательстве. Он выглядел, как рыба, плюхающаяся в воздухе, перед тем, как он сел и сердито уставился на ухмыляющегося темноволосого парня.

- Какого... бля... Сволочь!

- Доброе утро, добе. - Сказал Саске и скатился на свою сторону кровати, спиной к раздраженному парящему джинну. Брюнет сделал несколько глубоких вдохов и взвесил в уме идею поплавать нагишом в зеленом желе вместе с Роком Ли. Проблема решена.

Саске встал и отправился в ванную, джинн снова летел за ним следом. Он с треском закрыл дверь прямо у идиота перед носом, только чтобы увидеть его улыбающуюся голову, насквозь просунутую через дверь.

- Ага, словно дверь меня остановит.

Саске ухмыльнулся добе и дернул штаны вниз.

- ОЙ, ну, не спеши. - И красное от смущения лицо исчезло.

Когда Саске снова вошел в спальню, белое полотенце завязано на талии, добе завис над его письменным столом, трогая бумаги и глядя на фотографии.

- Итак, Учиха Саске... имечко, что кол в заднице, для парня с колом в заднице, но лишь бы тебе нравилось, верно?

Саске нахмурился и направился к гардеробной, по дороге сбрасывая полотенце. Смущенное заикание длилось всего мгновение, но Саске все равно получил от этого удовольствие.

- Итак, сволочь, какие планы на сегодня? Может, тебе нужна новая машина? Любимая еда? Девушка? - Джинн наклонил голову вбок, - Возможно, парень?

Саске пожал плечами и вытащил одежду.

- Нет, если бы я что-либо из этого хотел, я мог бы получить это и без твоей помощи. Я - Учиха.

- Что ты имеешь в виду? - Спросил джинн, замешательство окрасило его голос, когда он взглянул на бледного, теперь уже полностью одетого Учиху, выходящего из гардеробной.

- Учиха всегда получает, что хочет.

Саске сел на край кровати, одетый в джинсы и черный свитер, плотно обтягивающий грудь и плечи. Он заметил, как глаза добе пробежали по его телу, и немедленно стал думать про зеленое желе. Саске становилось ясно, чего он хочет, но он не собирался загадывать про это желание. Он был Учихой... и уж если он чего-то захотел, он этим завладеет.

- Я могу пожелать тебе вернуться к Кьюби, - предложил он.

- Нет! - закричал джинн и улыбнулся еще одной вымученной улыбкой. Саске решил, что она ему ненавистна. - Нет, ты должен получить все свои желания, сволочь. Я могу подождать.

- Тебе тут не нравится?

Джинн слетел пониже, чтобы они снова были лицом к лицу.

- Вовсе нет. Мне здесь нравится. Ну, я хочу сказать..., я никогда не мог делать, что действительно хочу, но это мой дом, место, где я родился. Часть меня. - Голубые глаза наполнились грустью, и блондин пожал плечами. - Послушай, как насчет безграничной власти. Я дам ее тебе. Я уже это делал. Все, что тебе надо сказать, это «я желаю».

Саске смотрел на джинна несколько мгновений, раздумывая над тем, что предлагал ему джинн. Придя к решению, он кивнул. Он увидел, как разочарование пронеслось по загорелому лицу, перед тем, как джинн спрятал его за отвратительно фальшивой улыбкой.

- Тогда о'кей. Загадывай.

- Я желаю, чтобы ты стал обычным человеком хотя бы на один день.

Голубые глаза моментально расширились, а затем удивленный вскрик наполнил комнату, и джинн камнем свалился вниз, на пол.

- Сволочь! - блондин заорал, ударяя кулаками по роскошному темно-синему ковру. - Предупреждай в следующий раз!

Саске ухмыльнулся и посмотрел, как джинн поднимается с пола, отряхивая омерзительные оранжевые штаны. Он заметил, что когда маленький идиот не парил на своем облачке, он был на несколько дюймов ниже него.

- Хм. Переоденься в другую одежду.

Джинн скрестил руки на груди, жилетка задралась, открывая еще больше загорелой кожи над низко сидящими штанами.

- Я, может быть, уже не парю в воздухе, сволочь, но я все равно джинн и все слышу. Ты загадал желание?

Саске выдернул из шкафа джинсы и голубую байку с капюшоном и кинул их в джинна.

- Нет, у меня полно одежды.

- Я мог бы тебя заставить пожелать, чтобы я ее надел, - обиженно сказал джинн.

- Я мог бы надрать тебе задницу, и сам надеть ее на тебя, - ответил Саске сквозь стиснутые зубы.

- Помечтай, болван! - сердито выкрикнул блондин.

Саске повернулся к джинну, его глаза сузились до свирепого взгляда, достойного величайшего из Учих.

- В этом то все и дело, я не мечтаю. Я хочу и затем я получаю. А теперь, напяливай чертову одежду, добе!

Блондин высунул язык, но кивнул, и после вспышки джинн был одет в предложенную одежду. Загорелая рука пробежала по взъерошенным прядям, и парень покраснел.

- Ну, и что делаем теперь?

Саске отвел глаза от взволнованного добе, который вдруг стал выглядеть маленьким, обычным... реальным.

- Я думал, мы пойдем... погуляем. Просто устроим обычный день. Ты же этого хотел.

Джинн замигал, и улыбка, начавшаяся в голубых глазах, осветила все лицо добе на глазах притихшего и внутренне загипнотизированного Учихи.

- Правда? - джинн подбежал к Саске и схватил его за руку. - Ну, тогда пойдем, сволочь. У меня всего один день!

Первым местом, где они остановились, было маленькое кафе в квартале от квартиры Саске. Они сидели на открытой террасе, окруженной белым решетчатым забором, который был увит плющом и яркими цветами. Джинн заказал себе почти все меню и вел себя, как ребенок на Рождество, когда прибыли тарелки с едой.

Саске ел свои фрукты с рогаликом и слушал, как идиот критикует каждое блюдо и сравнивает его с тем, что он ел в прошлом. Брюнет заметил, что блондин привлекал к себе внимание своей беззаботной улыбкой, возбужденным голосом и кажущимся бездонным желудком, но Саске было все равно. Находиться рядом с джинном было приятно, и даже больше, чем однажды Учиха обнаружил, что почти смеется над замечаниями идиота или над историей его прошлых приключений.

Саске настолько отдался наслаждению обществом джинна, что даже сразу не заметил, что джинн перестал говорить. Когда это до него дошло, он посмотрел через стол и обнаружил, что голубые глаза смотрят на него, округлившись и не мигая, и легкая улыбка играет на нежных розовых губах. Это была самая искренняя улыбка, которую Саске только видел у джинна, и прежде, чем он смог удержаться, спросил: «Что, добе?» Ему нужно было знать, потому что он хотел видеть эту улыбку как можно чаще.

Джинн замигал, краска залила розовым его щеки.

- Саске, ты улыбаешься.

Должно быть, его улыбка сползла с лица, поскольку улыбка джинна тоже исчезла.

- Хм.

Он поднял руку просигналить про счет, избегая смотреть на блондина. Когда появился официант, Саске посмотрел на сумму, и его темная бровь поднялась. Тихо посмеивающийся идиот привлек его внимание.

Потирая рукой торчащие пряди на затылке, джинн улыбнулся до ушей.

- Ты мог бы пожелать, чтобы я заплатил за это.

- От тебя этого не требуется. Мне не нужны деньги.

Джинн фыркнул.

- Тогда чего ты хочешь! Ты же должен чего-то хотеть. Я могу тебе дать все, что угодно.

Саске подписал чек и встал, отодвигая стул, перед тем как пройти за спину блондина и отодвинуть его стул.

- Я думал, ты не спешишь возвращаться.

Джинн шлепнул Саске по рукам, отодвигая свой стул, и фыркнул. Вставая, он сунул руки в карманы одолженных джинсов, поддергивая их слегка вверх, и выходя на улицу.

- Я не... обычно люди имеют какое-нибудь представление о том, чего хотят. Конечно, они тратят уйму времени на то, чтобы правильно озвучить свое желание, так, чтобы оно не повернулось против них и не цапнуло за задницу... что обычно и так всегда происходит... но ты, ты не имеешь и зеленого понятия, верно?

Саске положил руку на нижнюю часть спины блондина и, надавливая рукой, стал толкать его вперед, маневрируя сквозь уличное движение.

- Ошибаешься, добе. У меня имеется очень четкое представление о том, чего я хочу.

Бледная рука медленно скользнула вверх по спине добе, ощущая, как напрягаются мышцы, чтобы затем ласково лечь на загорелую шею, и большим пальцем нежно потереться о короткие волоски на затылке джинна. Саске почти закрыл глаза в попытке запомнить это блаженное ощущение, что охватило его грудь, пока он касался светловолосого парня.

- Мне просто не надо загадывать желание, чтобы это получить.

Саске ощутил, как блондин сглотнул, и мурашки побежали по теплой загорелой коже.

- Потому, что ты - Учиха?

Саске отметил, что тихий смешок, что последовал, был хриплым.

- Хм. Схватываешь на лету. - И если бы Саске не был Учихой, а кем-нибудь попроще, то его ответ был бы таким же хриплым.

Парень бесцельно вел блондина по шумным улицам. Уже давно у него не появлялось ни времени, ни желания, чтобы вот так просто побродить, остановиться и понаблюдать, чем занят окружающий мир, пока он старается жить в соответствии с представлениями его родителей, его брата и, в первую очередь, его собственным представлением о нем самом.

Увидеть все это глазами джинна было поучительным, вдохновляющим и огорчительным одновременно. Наруто появлялся в этом измерении на протяжении всей истории, но, даже за последние пятьдесят лет, транспорт изменился, техника изменилась, и согласно тихо посмеивающемуся блондину, наблюдавшему за группой проходящих мимо хихикающих девочек-подростков, люди тоже изменились.

- Это нормально? - спросил джинн и повернулся кругом, идя спиной вперед рядом с Саске, следя за подростками.

Они были одеты только черно-белые короткие топы и еще более короткие юбки. Их бледная кожа контрастировала с их черными стрелками на глазах и ярким цветом помады на губах. Лица и тела покрывал пирсинг.

Саске лишь мимолетно взглянул на них.

- Хм, думаю, да. Мои родители убили бы меня за такое, но мой старший брат прошел через фазу взросления, когда он красил ногти черным, если это тебе поможет.

Блондин повернулся назад и пожал плечами, его внимание устремилось в другом направлении.

Джинн задавал множество вопросов по истории... про то, что случилось с разными людьми и про развитие событий, которые только начинались, когда он был «в гостях». Несколько раз Саске замечал, как бледнело загорелое лицо, и фальшивая улыбка практически разрывала лицо джинна пополам, когда ему рассказывали о прямых последствиях желаний, которые он исполнил.

Тогда Саске называл джинна «добе» и перенаправлял его внимание, так легко переключающееся, на что-нибудь другое... на другую тему или на высотное здание в отдалении.

В душе, Саске не мог не жалеть джинна. Все эти вещи... все эти желания, что он исполнял... Он не мог их контролировать, как не мог контролировать людей, их загадывающих. И все же, он был орудием, поражающим врагов его «хозяев» и исполняющим их заветные желания.

А самым ужасным, по мнению Саске, было то, что светловолосый добе был настолько невезучим, что прожил тысячелетия и увидел собственными глазами результаты своих «даров».

Поэтому, когда они завернули за угол и увидели большой парк с утиным прудом, Саске был более чем готов свернуть с главной улицы на петляющую и тихую дорожку в сквере.

Чем дальше они заходили, тем шире становилась улыбка блондина, практически в геометрической прогрессии. Огромные деревья с зелеными лиственными кронами бросали тень вдоль дорожки и создавали вокруг них домашнюю, почти волшебную атмосферу. Дорожка вышла на освещенное место, и они обнаружили себя на большом каменном мосту, над шумящим потоком, наполняющим утиный пруд.

На вершине моста, была черная железная скамья, с каменными перекладинами открывавшая вид на тихий пруд. Джинн сплел их пальцы вместе, остановился и потянул Саске к скамье. Саске кивнул и сел, но отказался расцепить руки и отпустить загорелые пальцы.

Голубые глаза смотрели на него какое-то время, а затем блондин откинулся на спинку скамейки рядом с Саске и расслабился. Тепло солнца великолепно компенсировалось легчайшим бризом, дующим от озера, и брюнет закрыл глаза и позволил своим пальцам скользить по нежной коже пальцев и гладким ногтям джинна. Саске сделал глубокий выдох и, в который раз за этот день, ощутил то теплое чувство, что возникало, когда он был рядом с улыбающимся джинном, который так успокоительно действовал на его разум и чувства.

- Ты часто это делаешь, сволочь?

- Хм, - Саске открыл глаза и посмотрел кругом, по-настоящему обращая внимание на окружающую обстановку.

- Когда я был ребенком, моя семья приходила сюда. - Свободной рукой он указал на маленькую группу детей у кромки воды, которые смеялись и весело играли. - Мой брат и я приносили сюда свои лодки, попускать их в воде. Я не был здесь... не помню, с каких пор.

Блондин хмыкнул, и Саске стал наблюдать, как голубые глаза осматривали окрестности. Улыбаясь, когда что-то его радовало, джинн внимательно разглядывал все, что мог, например, как утки стаей взвились все одновременно только с тем, чтобы опуститься на другом конце озера, или как смеются дети, играющие в прятки в лесу.

Саске позволил своим глазам закрыться еще раз, не обращая внимания ни на что, кроме звуков тихого смеха или забавных комментариев добе. Поэтому когда блондин застыл и задержал дыхание, Саске немедленно повернулся посмотреть, что нарушило спокойное тихое волшебство, окутавшее джинна и его самого.

Его взгляд проследил за голубыми глазами, и он увидел двух парней, сидящих на мягком узорчатом пледе перед ними, чуть подальше за тропинкой. Саске смотрел, как старший из парней откинулся назад, опершись на локти за спиной и не замечая никого, кроме человека рядом с ним, когда тот рассказывал что-то такое, что вызвало улыбку на лице старшего парня. Почувствовав внимание партнера, младший из двух повернулся и с любовью улыбнулся ему перед тем, как наклониться и нежно провести пальцами по твердой линии подбородка.

Саске оторвал взгляд от пары, чтобы посмотреть, как на эту сцену реагирует джинн. То, что он увидел, заставило его замереть. Джинн пристально смотрел глазами, потемневшими от печали, наполненными одиночеством и страстью.

- Тебе когда-нибудь, - начал говорить блондин, но остановился, когда пара тесно прижалась губами друг к другу, пальцы в волосах, ноги переплетены. - Тебе когда-нибудь был кто-то дорог, Саске?

- Что ты имеешь в виду, добе? - сказал Саске и удивился, что его голос не дрогнул. Неожиданно, голубые глаза обратились к нему, удерживая его взглядом и требуя ответ.

- Ты когда-нибудь делал такое? - снова попробовал джинн.

- Я целовался раньше, - ответил Саске, наблюдая, как старший из парней стал покрывать лицо возлюбленного поцелуями, обнимая парня под ним, забыв про все вокруг них, - но никогда вот так. Нет, у меня никогда не было дорогого мне человека... не настолько, - закончил Саске, его голос стал тише к концу фразы.

В этот момент он осознал, что возможно именно поэтому он не оглядывался на окружающий мир и вместо этого жил в соответствии с ожиданиями семьи и требованиями его фамилии. Потому что он знал, что ему не хватает именно того, что было у этих двух улыбающихся парней, а сам он и понятия не имел, как это получить. Даже если ему этого хотелось.

Блондин жадно вглядывался какое-то время, а потом произнес, снова не глядя на Саске, но сжимая бледную руку еще крепче.

- Если б только я мог пожелать...
------конец 1/2-----

@темы: закончен, ваншот, romance, NC-17, Humor, фанфик, слэш, перевод

Комментарии
2010-07-23 в 22:28 

Уж если у тебя больше не осталось слез, чтобы плакать, так не плачь. Смейся. (с) Амос ОЗ
:vo:

2010-07-24 в 11:29 

7troublesome
Highly dangerous when bored. You've been warned, ne?
Minami-san Спасибо:)

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Скрытая деревня не скрытых извращенцев

главная