23:35 

Гета слегонца)

натриум-натрий
Дарк мозга, Нц-17 извилин. Accident.
Название: «Я знал ее»
Автор: Offara.
Бета: куботни тайтеца!
Фэндом: “Naruto”
Жанр: angst, romance, drama.
Рейтинг: R
Пейринг: Минато/Кушина.
Варнинг: ООС, het, Ay
Состояние: в процессе
Дисклеймер: Кисимото Масаси
Размер: ваншот
Размещение: с разрешения
От Автора: Посвящено куботни тайтеца!.

Я знал ее.
Я знал ее в мутноватой воде, стеной обрушившейся на несчастный город. Жалко взвизгивали монотоны сигнализаций, и хрипло мяукали взмокшие кошки, было очень холодно.
Она шла, улыбаясь ледяному дождю, отяжелившему ее длинные рыжие волосы. Она словно кружилась под водяными нитями, а те будто сплели ей прозрачное платьице с веерными кружевами и жемчужинами капель. Их она ловила руками и смеялась, напевая простую мелодию.
Она меня очаровала.

**
Он помнил ее, он помнил тот вечер, он считал, что для всего на свете должно быть свое место, заслуженное.

Минато приехал мгновенно, как только зазвонил мобильный, и тонкий женский голос сообщил, что сработала сигнализация.
Рабочий день был тяжелым, да и голова разболелась так, что валилось из рук все, что приходилось брать, – ехать не хотелось. К тому же ночь на улице, окутанная дождем и посыпанная лужицами. Но пришлось – вдруг что серьезное.

Оказалось, действительно – замок взломан, взломан и сейф с выручкой в комнате персонала, скромно угнездившийся за пейзажной картиной. Кабинет даже испугал: Минато отчасти был педантом – терпеть не мог, если вещь не на своем месте, а здесь сплелись и раскиданные листы документации, и вывороченные из стола ящики с лежавшей в них канцелярской мелочью. Все вывернули наизнанку.
Минато подошел к картине и с сожалением глянул на разорванное ее полотно: вор словно в отместку за такое идиотское место для сейфа исполосовал ее белым - валиками скрутились отделившиеся кусочки. А эту картину он любил больше всего.

Полиция трепала нервы около получаса, а Минато кивал на все их вопросы и курил одну за одной, задумчиво посматривая за широкие пластиковые окна, покрывшиеся дождевыми каплями.
Горели фонари, оранжевыми кругами освящая намокшую траву, казавшуюся под ночным небом черной, сквозь их жидкий свет лились мотыльками продолговатые капли. Почему-то захотелось выйти из магазина, прокуренного самим же собой, неуютного от красно-белой ленты и снующих полицейских, но он терпеливо полувыслушивал их вопросы и ждал, когда закончат с обследованием места проишествия.
А улица манила: «Хотя бы выйди под навес, вдохни насыщенный озоном влажный воздух. Расслабься, расслабься…»

И он вышел, когда полицейский с блеклыми глазами хлопнул журналом записей и протянул:
- Будем искать по горячим следам. Не выключайте телефон. Мы постараемся сделать все возможное.

Тогда и правда легкие наполнились пышной влагой воздуха, чуть подпрелой из-за недельных луж, но и свежей, легкой. Расслабляющей. Ночь не ощущалась – фонари выкрасили ее в усталый день, вода посеребрила, а глянец витрин оживил. Даже куда-то пропала усталость – выжала ее мятная прохлада, просочившаяся сквозь футболку.
Он уходил дальше, от ряда бутиков и лавок, во дворики с серыми гремящими мусорками и линейкой старых легковушек. Искал ночь, чтобы спросить у нее, за что она так похожа на день, за что она так несправедлива к нему.
Но нашел лишь тонкий силуэт, мрамором отливавший в серо-оранжевом свете. Девушка. Легкая, на мягкой подошве туфель, она кружилась, разбросав в стороны руки и ловя дождь, с которым, казалось, сливалась. На локте болталась лаковая сумка с гремевшими цепочками.
Минато подошел ближе, пытаясь разглядеть ее. Разглядел длинные огненные волосы и смеющуюся походку, разглядел конфетную грудь, прикрытую ситцевым платьем с глубоким вырезом, и необычную улыбку. Все в ней завораживало, плавные шаги очаровывали, звон цепочек успокаивал.

- Привет, - сказала она, и голос ее слился с шумом дождливой ночи.
- Привет, - ответил Минато, зарываясь взглядом в блестящие глаза. Карие, кажется.
- Я – Кушина.
- Минато…

Она смеялась по-летнему, ее движения отдавали солнцем, в густых волосах словно запутался золотой жар. Тусклое освещение круглосуточной кафешки облило ее личико матовым, движениям придало больше плавности; из-под опущенных ресниц выглядывал яркий кружок радужки – зеленой. «Обманулся», - подумал Минато и улыбнулся облизывающей шарик мороженого Кушине.
- И все-таки не понимаю. На улице холодно – вы в платье, мокрая насквозь, а едите мороженое… Зачем ночью таскаться по улице?
Кушина улыбнулась и слизала сливочную каплю с уголка губ.
- На «ты» давай. И… сам-то чего полез, раз мокро и холодно?
«Искал ночь…»
- У меня магазин тут недалеко, сегодня ограбили… - Задумался и добавил через пару минут, - а вообще я покурить вышел и заблудился.
- Обокрали… сожалею, - отложила мороженное.
- Теперь твоя очередь.
- А мне идти некуда.
Казалось, шутит - накручивает на палец упругий локон, улыбается, но глаза отвела – нет, не шутит.

Она спокойно согласилась остаться у Минато на ночь, хотя ночь уже испарилась дымным просветом кремом разлитых облаков.
Кофе, душ, кофе. Спать не хотелось, и они болтали ни о чем: с ней Минато становилось легче, даже забылся магазин с его проблемами. С ней не хотелось курить, она была мягкой шоколадкой с апельсиновой начинкой. Свежая и сладкая.
Губы у нее правда оказались апельсиновыми, а пахло от нее шоколадом.
Минато ловил каждую частичку легкого тела, водил пальцами по округлой груди, чуть касаясь сосков, зарывался лицом в волосы.
Она льнула к нему, как кошка: прикусывала ухо, целовала шею, обхватывала широкую спину.
Переполняли чувства, расходящиеся в сиплых стонах и сухом дыхании, в капельках пота и жарких прикосновениях. В изнуряющем ритме и пружинном диване.
Минато дышал тяжело, по бронхам бегал огненный воздух, и дрожали от усталости руки, но с ней было легко. До одурения и потери сознания, до сорвавшегося с губ имени и накатившего наслаждения.
И уснул спокойно, крепко обнимая тонкую талию.

Утро вползло в окно ленивыми серыми просветами, закралось в постель и приподняло веки.
Минато сонно потер глаза и повернулся вбок, где лежала Кушина. Ее рядом не было.
Не было ее и в душе, и на кухне, и в двух спальных, и в коридоре; на балконе тоже не было. Не было нигде.

День был одиноким и пустым: Минато шатался по квартире, разжигая воспоминания. Здесь она сидела, а вот тут чуть не поскользнулась после душа – зацепилась за торшер рукой, это и спасло… А тут, на низком диване, она подарила ему самую незабываемую ночь.

Вечер разорвал тянущиеся патокой мысли очередным звонком мобильника.
- У нас есть подозреваемый. Вероятность того, что ограбление совершил именно он, приблизительно девяносто процентов. Приезжайте.

Он понял, что зря искал ночь. Это и так была ночь, укрывшаяся рыжцой яркого дня. Как там, - «Обманулся»? Да, так.
Кушина казалась легкой и солнечной, а оказалась горько-ночной. Апельсины и шоколад.
Ее зеленые глаза с тоской смотрели через стальную решетку, но не на Минато – куда-то в сторону. Она не сказала ни слова.

Минато считал, что для всего на свете есть свое место. Птица – в небе, корабль – в море, вор – за решеткой.
В уборной участка круглое зеркало смотрело на него с укором, и он закричал на него:
- Что? Что тебе, сука, надо?
Глаза обожгло. «Обманулся».
Ночь сговорилась с Кушиной.

На суд он прийти отказался, слышать что-либо о деле с ограблением собственного магазина тоже. Курил, раскрыв окно навстречу чернеющей ночи.
Он зарылся в себе и видел по ночам сны о девушке в легком платье, кожа которой мерцала дождем в масляном свете фонарей.

Он так и не узнал, что в участок она пришла сама, заявив об ограблении и своей к нему причастности. Через два месяца он нашел лакированную сумку с цепочками за спинкой дивана. Случайно - туда свалилась из трясущейся ладони прикуренная сигарета - побоялся пожара.
Через одно из звеньев толстой цепочки был протянут свернутый трубкой листок бумаги.
«Прости, так вышло. Мне правда некуда было идти.» В сумке лежали деньги – купюры перетянутые бумажным кольцом с пометкой Минато.

Он помнил легкие шаги и зеленые глаза, показавшиеся сначала карими.
Он знал ее. Он знал ее меньше, чем двадцать четыре часа. Он искал ночь, он нашел ее. Он понял – ночь не притворяется днем, у нее нет другого выхода.
Ничерта он не понял.

@темы: R, drama, romance, ангст, ваншот, гет, фанфик

Комментарии
2009-12-30 в 06:02 

Безумие заразно.
Жаль Кушину. Ограбить за тем, чтобы снова вернуть...Чтобы было где жить.:depress2:
Грустно и красиво.
Offara., пасиба:smiletxt:

2009-12-30 в 06:24 

Я нарисую мир своими красками!
Красивая любовь. Быстрая и нелогичная - возникшая на непонятных деталях.... красииииво=) Кушина сильная, какой я ее и представляю, а вот Минато уставший и подпорченный жизнью...
И вообще, прекрасный гет... мож ну его, этот яой?^^

2009-12-30 в 10:46 

натриум-натрий
Дарк мозга, Нц-17 извилин. Accident.
[gaara] любовь зла =)

uncute Кушина сильная, какой я ее и представляю, а вот Минато уставший и подпорченный жизнью...
у меня к Кушине особое отношение
^_^ ааааа Минато у меня такой Аушный вышел =)
И вообще, прекрасный гет... мож ну его, этот яой?^^
ды палюбому :-D
Кушина транс :lol:

2009-12-30 в 11:01 

Я нарисую мир своими красками!
Offara. у меня к Кушине особое отношение
:buddy:
Кушина транс
Хмм, а это идея... Мож вообще хенге и пусть будет мужик... Назовем его Куси-сан :gigi:

2009-12-30 в 11:04 

натриум-натрий
Дарк мозга, Нц-17 извилин. Accident.
Хмм, а это идея... Мож вообще хенге и пусть будет мужик... Назовем его Куси-сан
Кушимару Или Кушске? :gigi:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Скрытая деревня не скрытых извращенцев

главная